Togdens yoga 23332Тибетское слово «токден»
означает того, кто достиг Реализации...

В 1964 году Кхамтрул Ринпоче (Донжу Ньима) и группа Лам, связанных с ним, жили все вместе в очень маленьком доме в Банури. Это было недалеко от того места, где в будущем обоснуется община Таши Джонга (Химачал Прадеш, Северная Индия). Как-то Гьялва Кармапа навестил их. Он и Кхамтрул Ринпоче были очень хорошими друзьями. Во время беседы Кармапа заметил: «Я хочу, чтобы у меня были токдены, подобные твоим».

Токден – кто это?

Токдены Таши ДжонгаТибетское слово «токден» означает того, кто достиг Реализации; того, кто распознал истинную природу Ума. Токдены есть во всех тибетских традициях. В обучении кхампагарских йогинов делался упор на практики Махамудры и шести йог Наропы. Затем они практиковали особые Учения Друкпа Кагью «единого вкуса», «взаимозависимости» и Гуру-йогу. Нет таких практик, которые предназначались бы только для токденов. Они выполняют Кьерим и Дзогрим; затем практикуют йогу с каналами, ветрами и тигле. Но «изюминка» этих людей не в том, что они делают, а как они практикуют. Вполне возможно, что практик много медитирует и вследствие этого у него проявляется гордыня. Возникает желание прославится. С самого начала, с момента становления кхампагарского монастыря все Кхамтрулы Ринпоче были строги со своими учениками, чтобы не допустить подобного. Они отбирали кандидатов для йогического обучения, некоторые из которых позднее стали известны как токдены. Невозможно представить, чтобы среди них были бы те, кто заинтересован в известности и популярности. Традиционно все кандидаты «тестировались» очень долго. Основными качествами йогина являются наличие способностей и энергия для практики, а также обладание намерением практиковать. Наиглавнейший фактор при отборе – решение Ламы и его оценка качеств будущего кандидата. Также важен характер, но даже после отбора следует длительный испытательный срок. Не зависимо от того, как долго они практиковали, насколько они реализованы, в традиции Кхамтрула Ринпоче к токденам нет какого-то особого отношения. Он всегда относился к ним так же, как и к остальным монахам монастыря, иногда чуть-чуть лучше, если они были чем-то особенным. Те, кого называют токденами, выделяются тем, что обладают искренним доверием и преданностью практике Дхармы. У них нет ожидания наград и желания обрести что-либо. Это – тот способ, каким «создают» кхампагарских токденов. С древних времён до наших дней традиция «совершенных йогинов» чиста. Все кхампагарские токдены – бхиккшу. Многие люди думают, что токдены – женатые йогины, потому что их вид и одежда очень похожи. Они не всегда одеты как монахи. Обычно они носят белые накидки (репа), волосы укладывают на голове, как нгакпы и в ушах носят серьги. Всё это – атрибуты женатых йогинов.Ринпоче с Токденами Но все они гелонги с самого начала и остаются ими даже после того, как начали вести полностью «йогический образ жизни». Эта традиция монахов-токденов, похожих на женатых йогинов является уникальной. Третий Кхамтрул Ринпоче сказал: «Храните обеты личного Освобождения, что наиболее подходит для Дхармы; практикуйте Ваджраяну и одевайтесь в белое». Это было его советом и пророчеством. Когда четвёртый Кхамтрул Ринпоче создавал ретритный центр, так и было установлено и стало традицией монастыря. Токден Аджам говорил, что когда он путешествовал с восьмым Кхамтрулом Ринпоче по различным уголкам Кхама, выяснилось, что даже в областях дочерних монастырей миряне полагали, что токдены имеют супруг. Он полагает, что ношение длинных волос обусловлено требованиями практики. Когда человек «затворяется» для практики определённого Йидама, ему нельзя стричь волосы. А нестриженые волосы неуместны, если ты носишь одежду монаха. У токденов нет каких-то особых обетов и обязательств. Время от времени они получают различные посвящения и «осваивают» новые практики. И, как результат, обетов становится больше. Но не существует определённой границы, с помощью которой можно определить, что вот этот практик – просто монах, а этот – токден. Даже если практик живет как йогин уже в течение трёх лет, его ещё не считают настоящим токденом. Он – на стезе обучения. И если по прошествии трёх лет он покинет общину токденов, его также не будут считать токденом. «Совершенные йоги» – это те, кто целиком посвятили свою жизнь практике Дхармы и достижению Реализации. Они не имеют гордыни, у них отсутствуют «мирские привязанности». Неприметны и неразговорчивы. Вследствие этого окружающие люди спонтанно понимают: «Вот этот – токден». С древних времён до наших дней не было в этой традиции практиков, нарушивших свои обязательства. Если практик хвастлив, «мирской», то люди естественным образом не воспринимают его как токдена, даже если он провёл в ретрите шесть или девять лет.

Истоки традиции

Токдены Аджам, Амтин и СемдоТакой подход к практике Дхармы идёт от Тилопы и Наропы (Индия). В Тибет его принёс Марпа и «передал» Пхагмо Друкпе. Далее были Лингчен Репа и Цангпа Гьярэ. После них это пришло в Кхам. Во времена первого Кхамтрула Ринпоче (Кхампа Карма Тэпрхэл, 1548-1627) возникла первая группа токденов. Во время четвёртого Кхамтрула Ринпоче (Чоки Ньима) был основан кхампагарский монастырь. Позади гомпы заложили ретритный центр, рассчитанный на ограниченное количество практиков, с целью осуществления практики Дхармы «совершенным образом». Из трёх сотен монахов отбирались лишь тринадцать, чтобы пройти йогическую подготовку в центре. Кхампагарская традиция токденов, которую «держат» в Таши Джонге, берёт начало с тех времён.
Данная традиция йогической практики была собрана воедино Кунгой Тэнзином, третьим Кхамтрулом Ринпоче – тертоном и гелонгом, жившим в конце семнадцатого века. Все эти учения существовали в Друкпа Кагью и до него, но начало практики их подобным способом в центре токденов установилось именно во время его жизни. У него был ученик-мирянин Амка Дечен Дордже, история которого известна во всём Кхаме. Обычно Радужное Тело реализуют индивидуально. Его история – уникально. Сам Амка, его жена, дети, яки, овцы исчезли все вместе.
Это было не реализацией Радужного Тела, а, скорее всего, подобно путешествию в страну Дакини. Амка был родом из Нангчена и принадлежал к семье кочевников. Всего в семье было тринадцать человек. Если считать всех яков, овец и собак, то – шестьдесят два. И все они как-то утром отправились в страну Дакини. Амка, бывший учеником Тензина Ньимы и Цогньи Ринпоче, шёл первым, играя на дамару и звоня в дильбу, а за ним шли жена, дети и животные. Токден Аджам, рассказавший эту историю, не помнил названия места, где всё это произошло. После семьи Амки не осталось ничего кроме очага и тента. В ночь перед этим событием соседи-кочевники подумали, что в семье Амки – ссора, потому что они побросали всё имущество в реку. На следующее утро от них не осталось и следа. Итак, в линии преемственности после Кунги Тэнзина следует Амка, а за ним – Джампа Паво, известный также как Йонгзин.
Традиционно число токденов в центре – тринадцать. Это связано с определённой историей. Ретритный центр был основан Чокьи Ньима, четвёртым Кхамтрулом Ринпоче, в месте, где отсутствовала питьевая вода. Но он выбрал его, потому что эта местность очень понравилась ему. Ринпоче отправил одного из помощников, приказав выкопать ямку в произвольном месте и закопать в неё торма. Также он сказал, что на этом месте возникнет родник. И добавил, чтобы на обратном пути помощник делал небольшие кучи из камней. Тот так и поступил, сооружая кучи до тех пор, пока родник не проявился. Этот источник продолжает снабжать йогинов водой вплоть до наших дней. Когда помощник вернулся, Ринпоче спросил его, сколько куч на пути он воздвиг. Тот ответил, что – тринадцать. Кхамтрул Ринпоче решил, что это знак того, что в ретритном центре должно быть лишь тринадцать практиков. Если бы помощник воздвиг больше куч-знаков из камней, токденов было бы больше. С тех пор их никогда не было больше тринадцати в одно и то же время. В Тибете не считают число «тринадцать» несчастливым. Наоборот, его полагают чем-то положительным. Есть много моментов, связанных с этим числом. Пример – число токденов в ретритном центре, которое соблюдалось неукоснительно. Сейчас в Таши Джонге их всего пять. Изначально до Индии вместе с Кхамтрулом Ринпоче добралось восемь, но часть из них покинуло этот мир. Несколько новых кандидатов проходят обучение сейчас и, скорее всего, в скором времени будут приняты в общину йогинов.9-й Камтрул Ринпоче с Токденами в Ташиджонге На вопрос, проводят ли сейчас проверку для практиков туммо высушиванием простыней на морозе, токден Аджам ответил, что раньше, в Тибете, это делалось. Но в Индии погода неподходящая, недостаточно холодно. Он продолжил: «С другой стороны, есть другие определённые испытания, которые позволяют сделать многое очевидным подобно слепку, сделанному из глины. Если глина хороша, то и слепок будет хорош».
Долгое время после возрождения традиции в Таши Джонге, Кхамтрул Ринпоче не отбирал новых кандидатов в ретритный центр. И многие полагали, что это – серьёзное упущение. Казалось, что если новые кандидаты не будут проходить обучение, есть риск исчезновения традиции. Необходимым условием всегда был большой испытательный срок. Многие кхампагарские монахи хотят быть токденами, но отбирают лишь единицы. Некоторые были отобраны Дорзонгом Ринпоче. Хотя некоторые из отобранных были рождены в изгнании, они обладают нужным «духом». Их отбирали и испытывали в течение многих лет. Один кандидат – из Дугу, выбранный из нескольких тысяч. Другой был найден в регионе Дорзонга Ринпоче.

Образ жизни токденов

Токдены (а также ученики токденов) и монахи живут отдельно друг от друга. Для совершения коллективных практик йогины собираются в общем зале. В остальных случаях они практикуют индивидуально. Ретритный центр и монастырь – как одна община, а миряне являются последователями. Обучение будущего токдена – работа, в которой принимают участие все. Это то, что требует усилий многих людей. Для монахов главой является «кхенпо» (настоятель монастыря), а для токденов – «друп-пон», что означает главный и самый реализованный токден. Сейчас друп-поном является токден Аджам. С ним остальные йогины могут общаться по поводу индивидуальной практики. Хотя все члены общины почитают Кхамтрула Ринпоче как своего учителя, но если необходим совет по практике, они могут обратиться к друп-пону.Токдены, выполняющие затворничество в центре, собираются все вместе, когда это необходимо. Обычно они не контактируют с людьми слишком часто. Во время обучения йогины постоянно находятся в ретрите. С другой стороны, старшие токдены общаются с людьми и тратят на затворничества лишь несколько месяцев в году. В центре есть алтарь и зал, где токдены выполняют упражнения вместе, а также маленькие комнаты для каждого.
Токден Аджам так описывает образ практики йогов: «Мы выполняем садханы Чакрасамвары и Ваджраварахи вместе в течение двух недель. Каждый десятый и двадцать пятый день по лунному календарю выполняется цок. Всё остальное время мы делаем свои индивидуальные практики. Каждое утро в зале мы все вместе выполняем йогические упражнения. Если кто-то уходит в «строгий» ретрит, то он не посещает коллективных практик, а отправляется в пещеру. Когда у меня и токдена Амтина были ретриты, мы не принимали участия ни в чём другом».
Токден АмтинУ токденов нет никаких предписаний и правил, определяющих время утреннего подъёма. День начинается с йоги с каналами. После завтрака идёт коллективная практика упражнений. Далее каждый практикует индивидуально. Если йогин в ретрите, то он не пользуется кухней центра. Поэтому пища весьма проста. Едят они, в основном, одно и тоже. По поводу пищи тоже нет правил. Едят они рано утром, а потом завтракают. Семьи снабжают токденов едой. Если человек хочет стать монахом, его семья должна быть согласна – ей придётся снабжать его провизией. Если семья не сможет его содержать, то у человека нет возможности вступить в монастырь. Став монахом, он может стать йогином. Если нет еды, то ситуация может серьёзно усложниться. Но они обходятся очень простой пищей. Голодание не является частью практики. Токден Аджам говорит, что его учитель, токден Чокъёнг раньше практиковал голодание, но это был его личный выбор.
Не смотря на общепринятое мнение, эти йоги ночью спят. Но спят в медитационной позе. Для поддержания тела в этой позиции они используют медитационные пояса. Чоджел Ринпоче уточнил, что такое (правило «не спать») обычно бывает там, где отсутствуют постоянные учителя. Он добавил, что если ты хочешь делать это сам по себе – это одно, но введение такого правила создало бы трудности, в которых нет необходимости.
Когда токдены практикуют в горах, они могут спускаться с гор летом, но зимой обязаны оставаться на месте и практиковать. Большинство предпочитает не выходить и оставаться в ретрите. Если семья поддерживает йогина едой, то провизию доставляют в ретритный центр. После этого к практику засылают гонца с сообщением, что он может спуститься и забрать свои припасы. Но иногда семьи доставляют всё необходимое прямо в пещеру практика.
Когда идёт ретрит, еду не нужно слишком много. Токден Аджам рассказывает, как они питаются: «По утрам я ем цампу, на завтрак – тукпу. Вечером – снова немного цампы. Когда я был в пещере, то пил только воду. Но когда я в ретритном центре, то могу и пить чай». В практике тибетского буддизма используют различные ритуальные предметы, танки и т. д. Токден Аджам говорит, что для индивидуальной практики многое из этого из этого не нужно. Они необходимы, если выполняется ритуал или церемония в группе. Когда восьмой Кхамтрул Ринпоче основал Таши Джонг, токденам было позволено выполнять всю тяжёлую работу. Они плотничали, носили цемент и песок, строили дороги и дома. Токдены выполняли «всё как надо». Вследствие интенсивной практики Дхармы у них отсутствует чувство саморефлексии. Они спонтанны, хорошие работники и полны счастья. Поэтому Кхамтрулу Ринпоче было просто попросить их сделать необходимую работу. Они очень преданы ему. Токдены вместе с монахами и мирянами построили центр ремёсел, дома для людей и дороги. Для токденов в ташиджонгской общине нет никаких привилегий.
Сейчас община крепко стоит на ногах, и для токденов нет необходимости работать таким образом. Но, не смотря на это, токдены – искусные мастера. Среди них есть искусные резчики по дереву, создающие маски; портные, мастера по изготовлению торма. Один из них – очень хороший доктор. Частично эти навыки они приобрели до того, как стали токденами. Очень часто их умения под воздействием практики становятся всё более совершенными. Дугу Чоджел Ринпоче считает, что это связано с тем, что ум становится «проще» и многие вещи получаются лучше.
Хотя традиция монастырского танца (Чам) с давних пор важна для кхампагарской общины, токдены не сильно связаны с ней. Некоторые могут принимать участие, аккомпанируя на музыкальных инструментах, но большинство не принимает участия в действе. Это произошло потому, что в Тибете йогины большую часть своего времени проводили в горах. Они могли спуститься на день или два во время танца, но не могли обучаться ему. Для этого надо было находиться в монастыре.
Несколько слов о восстановлении токденской традиции. Один йогин остался в оккупированном Тибете, но во время Культурной Революции бежал. Умер уже в изгнании. Другой (уже из Таши Джонга) отправился в Тибет и провёл там более года. За это время он дал наставления семи потенциальным токденам. Такой способ обучения был принят во всех дочерних кхампагарскому монастырях. Много практиков стали «совершенными йогами» без какого-либо официального признания. В глубине своего сердца люди всегда знают, кем они являются. Конечно, это не означает, что человек думает: «О! Я – токден». Эта традиция очень «деликатна»; и нынешнее поколение токденов проявляет великую заботу, чтобы сохранить её. Чоджел Ринпоче считает, что традиция – в безопасности для нынешнего поколения. Он говорит, что по его ощущению, эти токдены подобны живым драгоценностям среди живых существ.

Выдающиеся токдены прошлого и настоящего

В истории Дугу и кхампагарского монастыря были очень известные токдены. Токден Аджам говорит: «В моё время самым известным в Кхампагаре был Лхундро. До него – Легчо. Но он уже ушел к моменту моего вступления в ретритный центр. У Лхундро было три главных последователя. Первый – шестой Кхамтрул Ринпоче; второй – Шакья Шри; третий – мастер практики «Радужного Тела». Перед своим уходом Лхундро обучил их йоге очень подробно и потом проверил их практику весьма скрупулезно. С Шакья Шри он обучал всех более «молодых умом и телом». Моим главным учителем был Чокьёнг токден. Помимо шестого Кхамтрула Ринпоче был ещё один йог – Джамьян Трагпа – мастер множества систем практики. Шакья Шри «слил» многие традиции практики и передавал это как одну линию. Вот каковы линии преемственности, которые должны храниться в секрете».
Токден Аджам (нынешний друп-пон) стал йогом в двадцать семь лет. Сейчас ему восемьдесят четыре года, тридцать из которых он провёл в ретритах. Он всегда говорит об этом с должной скромностью: «Да, вот так мы практикуем. Это – иной способ жизни. Но в Кхаме много историй, подобных этой. У меня не было определённой специализации в чем-либо. В Тибете я много раз отправлялся собирать подаяние для монастыря. После бегства в Индию я был простым монахом и не был в ретритах слишком часто». Но он был всегда в ретрите в окрестностях кхампагарского монастыря. Прямо позади гомпы располагался центр и несколько пещер. Одна, где он практиковал, располагалась на выступе опасного обрыва. Ему с трудом удавалось подниматься туда, чтобы провести долгие годы на воде и цампе.
Как-то токден Аджам пробыл в горах полных шесть лет. Чтобы не заснуть днём, он сидел на уступе скалы. Он говорит, что никогда не уставал, не был разочарован и не ожидал каких-либо знаков реализации. У него не было сомнений в своей практике и учителях. Потом он служил восьмому Кхамтрулу Ринпоче в течение нескольких лет. Он – один из монахов седьмого Кхамтрула и, зная всех трёх, чувствует, что нет никакой разницы между ними.
Существует поверье, если ты пожелаешь что-нибудь при первом посещении статуи Джово Ринпоче (Шакьямуни) в Лхасе – все сбудется. Токден Аджам пожелал хорошей практики Дхармы и не иметь материальных благ.
Другой старейший токден – Амтин. Все токдены практикуют в основном одно и тоже, но его основной практикой была садхана Ямантаки. Нередко наряду с базовыми практиками Друкпа Кагью также выполняются практики и других школ (Ньингма и Сакья). В данном случае садхана Ямантаки – из Ньингма. Она отличается от одноимённой садханы в традиции Гелук. Наставления по ней Амтину дал Кхамтрул Ринпоче.
Амтин был из бедной семьи. Однако его родственники (особенно мать) с уважением отнеслись к его желанию стать монахом в кхампагарском монастыре. Обычно в монахи идут дети и подростки, изъявившие такое желание. Все они продолжают находиться на содержании своих семей. Амптин рассказал об обычае, существовавшем во времена его детства – отдавать одного сына в монастырь. Для всех дочерних кхампагарскому монастырей было обычным, что семьи поддерживали материально ушедших в монахи и с уважением относились к таким устремлениям.
Проведя некоторое время в монастыре, Амтин решил отправиться в горы для ретрита. Провизию ему должен был доставлять брат – весьма забывчивый человек. Иногда месяцы проходили без поставок еды, и он жил лишь на воде, был очень ослаблен голодом. Иногда леопард убивал горного оленя или овцу. Амтин подбирал остатки и, питаясь, таким образом, умудрялся выживать. Голод и борьба за выживание не были его практикой, но он искренне хотел практиковать в горах, чтобы никто не беспокоил его и он, в свою очередь, не был источником беспокойства для других. Однажды леопард напал на него. Амтин не заметил хищника, прячущегося в кустах. Услышав рык, он бросился бежать, крепко сжимая кости оленя в руках. Взобравшись на гору, Амтин стал кричать, чтобы отогнать хищника. И в этот момент он осознал, как была велика его привязанность к вещам. Он бросил кости на вершине и отправился в свою пещеру продолжать практику.

Токдены-женщины

Помимо мужской традиции раньше существовала и женская традиция. Один из учеников Кхамтрула Ринпоче основал монастырь Нангчен Цечугар. Там были три тулку, среди которых Трульшук Тринлэй Гьяцо и Адэ Ринпоче были главными. Ещё был Цогньи Ринпоче, принявший участие в создании одного из самых больших женских монастырей Друкпа Кагью в Тибете. Много было последовательниц у токдена Шакья Шри в местечке Дугу. Каждый из них был почитаем и их линии преемственности существуют до сих пор в Тибете и Гималаях. Не нося длинных волос и белых накидок, токденмы одевались как монахини или домохозяйки.
Токден Аджам говорит, что в Тибете было место, где рядом располагались ньингмапинский и друкпа монастыри. Там были токденмы. Когда токден и токденма достигали определённого уровня в практике, они отправлялись вместе в тайное место для практики йоги союза. Эти практики выглядели как тридцатилетние, хотя им было по восемьдесят лет. У них было нормальное зрение, не было седых волос и морщин. Этот пример в реальности показывает всю мощь Ваджраяны. Эти практики были особыми людьми – без гордости, гнева и привязанности. Многие из них были мирянами, реализовавшими Плод Ваджраяны.

Особые качества токденов

Основным отличием токденов является абсолютно свободный ум. Это – результат интенсивной практики Дхармы. И, потеряв привязанность к практике как таковой, они совершенно беззаботны. Для примера: старший токден может спать во время ритуала. Когда он хочет спать, он спит, и это совершенно его не беспокоит. Если он чувствует гнев на кого-либо, то выражает его, не скрывая. И даже если он кого-нибудь побранит, в его уме нет и следа гнева, его ум чист. Дугу Чоджэл Ринпоче говорит: «Красота этих токденов не в том, сколько они провели в горах. Истинным мерилом является то, что они сделали свои умы абсолютно свободными и простыми. В них нет цепляния ни к чему, будь то медитация, практика или мирские дела. Вследствие этого их речь не обусловлена агрессией, завистью, привязанностью. Они всегда добросердечны, их присутствие не только благотворно для общины Таши Джонга, но также служит и источником вдохновения.

Источник: «Cho Yang», The Voice of Tibetan Religion & Culture, №7, 1996, p. 110, «The Tokdens of Khampagar» Перевод: PampKin Head - Дмитрий, Tashi Jong, 2002.
Вы здесь:   разные материалыШакья Шри